Казым. Земля Кошачьего Локотка



Этнопедагогика в фольклоре казымских хантов: этапы становления Человека

Этнопедагогика в фольклоре казымских хантов: этапы становления Человека

В традиционной культуре задача воспроизводства народа, становления Человека как члена этнического сообщества всегда была главной и являлась общим делом. С детства у каждого ребенка были социальные родители: пукн ангки (пупковая мать), алтум ангки (поднимающая мать), пярна ангки (крестная мать), - которые наряду с «биологическими» родителями занимались воспитанием новых членов рода. Обряды определения «чья душа вселилась» и «к какому духу голову повернул» - задавали для ребенка некоторый образец для подражания, жизненную траекторию. Во время обрядов поклонения духам и «медвежьих игрищ» ребенок идентифицировал себя с разными этническими сообществами, осваивал язык, этические нормы. Это была система персонального патроната каждого члена рода, позволяющая вырастить из ребенка настоящего Человека. Не случайно, ханты - самоназвание народа, в переводе означает Человек.
А кто же такой - Человек, Ханты? В чем его предназначение? Однозначно дать ответ на этот вопрос сложно. Хантыйский философ Леонтий Тарагупта, в своей статье, опубликованной в «Северных просторах», утверждает: «Каждый ханты - дух, если он - ханты». И отсюда выводит предназначение человека - «Делание из себя, воссоздание в себе человека, ... ежедневное, ежечасное, ежеминутное оттачивание собственного духа». С этим можно соглашаться, можно не соглашаться, но я уверена, что в недалеком будущем мы поймем, что так оно и есть.
Каковы же этапы становления Человека - Ханты? Ответ на этот вопрос мы попробовали найти в фольклорных источниках. Нами были проанализированы сборники фольклорных текстов, изданные научным фольклорным архивом, опубликованные на двух языках: хантыйском и русском (Кань ... 1997; Земля...2001, 2003, 2004; Молданов Т.А., 1999; Молданов Т., Молданова Т, 2000; Арем-моньщем.. 2002, 2003; Касум ... 2002) и тексты казымских информантов из книги «Мифы, предания, сказки хантов и манси» - составитель Н.В. Лукина (1990). Последние опубликованы в переводе и не имеют языка оригинала.
Проанализированные произведения относятся к разным жанрам, классификацию которых авторы определяют как народную. Это и «Вэрт моньщат» - сказки о божествах (или богатырях), тарнанг моньщат - военные сказки, ал монсь - простые сказки, йис путрат- старинные рассказы, личные песни.
Условно нами выделено 7 этапов становления человека, каждому из которых соответствует свой мир, свое жизненное пространство. По словам того же Тарагупты, «это освоение миров, переход из одного в другой и есть процесс духовной жизни». Первые два этапа отражены в фольклоре довольно слабо. Это связано с тем, что анализировались тексты преимущественно героические, и герой в них рождался необычным способом (из колена женщины,...либо к началу повествования, он уже жил с тетушкой, бабушкой или родителями). Но все-таки считаем необходимым выделить их, основываясь на других данных.
1 - й этап. Только что рожденный ребенок - тэп сэма питум няврэм (букв.: только что глазам представший ребенок). По отношению к такому ребенку еще употребляют слово - Ай-апа. Он еще связан с иным миром. Пространство для такого ребенка - временная люлька, которую часто называют потайным языком «амп лэты сён» (чашка для кормления собак). В этом возрасте ребенок живет с матерью отдельно и пока не вписан в человеческое сообщество.
2-й этап - нами выделяется особо, несмотря на то, что отдельного названия для такого возраста нет. Это тот же ай-апа, или пянклы няврэм (беззубый ребенок), но мир для него меняется, ребенок помещается в другую люльку - постоянную. Детская колыбель в качестве особого пространства, необходимого для правильного взросления упоминается в двух личных песнях. Песня Петра Юхлымова и песня Кости. Тексты идентичны, при этом подчеркивается значимость детского места: «Мужчиной способным чтобы меня вырастить, на дно люльки с трухой меня и правда клали.. (Арем-моньщем... 2003, С.48) В этом возрасте проводятся обряды гадания, чья душа вселилась (хоя ляксас), какому духу голову повернул (мата пялка ухл кэрлас). Ребенок вступает в человеческое сообщество.
3-й этап - ползающий ребенок, только начинающий ходить ребенок. В анализируемых нами фольклорных источниках упоминание об этом периоде встречается довольно часто. Про детей этого возраста говорят: «ноги еще слабые (нежные), руки еще слабые (нежные)», или чаще употребляется выражение «руки еще руками не стали, ноги еще ногами не стали». Интересно также выражение «Еще растешь ты, еще зреешь». Жизненное пространство для такого ребенка - дом. Он осваивает домашний мир, не выходя за его пределы.
4-й этап - возраст, когда ребенок, как обозначается в фольклоре, может «на улице бегать», или «Стал такого возраста, когда один может ходить на улице». Для характеристики ребенка такого возраста (или точнее «величины») существует немало фольклорных выражений, например, «играя (живущий)», «бегающий», «стреляющий». Мир для такого ребенка - пространство около дома. Этот возраст фиксируется особым образом, ребенку тетя или мама делают лук и стрелу. В фольклоре часто употребляется выражение: «Ходит, стреляет из лука, с каждым днем все дальше и дальше от дома». В данном случае при помощи стрелы ребенок расширяет осваиваемое им пространство. В то ж время у этого возраста есть свои ограничения. «Он еще веслом сам не управляет, лодкой сам не управляет». «На отдельной нарте ездить не сможет, на отдельной лодке ездить не сможет». Но постепенно эти ограничения снимаются, «сила для разматывания аркана в руках стала появляться», «вырос до возраста, когда может запрягать оленей».
В этот же период герой получает новое имя. В анализируемых нами текстах, такой сюжет встречается всего один раз. Имянаречение здесь связано с проявлением особых качеств ребенка. Когда внук впервые спрашивает у дедушки, какое у него имя, тот в ответ ругается: «Без отца без матери. Богатырем стал, мужчиной стал, имя у меня спрашиваешь». Но в дальнейшем, когда Внук приходит к дедушке с добычей и спрашивает, что за зверя он добыл, дед отвечает: «Раньше у меня имя спрашивал, это и есть твое имя. Весенний нерест если придет, с именем Весенний нерест без шеста нанизывающий богатырь, ты живи, если осенний нерест придет, с именем Осенний нерест без шеста нанизывающий богатырь, ты живи». С этого времени « ин ай икен нэманга щи йис» 'маленький мужчина с именем стал'. Этот период особо уязвимый. Именно в этом возрасте герой нарушает запреты и заходит в недозволенные места, встречается с лесными существами - менквами, борется с ними, побеждает. Заходит в иной мир, в поисках пропавших родителей, где встречается с потусторонними существами. С.А. Попова в своей монографии «Обряды перехода в традиционной культуре манси» (2003) обсуждает это как обряды инициации. Мы не будем развивать эту тему, так как она не входит в рамки данного исследования, но очевидно, что переход в следующий статус требует определенных действий.
5-й. Следующий этап связан с тем, что у героя «Рука рукой становиться стала, нога ногой становиться стала». Жизненное пространство для такого человека значительно расширяется. Он не ограничивается пределами отцовских угодий, начинает осваивать другие земли, другие воды, другие миры. Как говорится в фольклоре: «человек, когда руки руками станут, когда ноги ногами станут, не одну землю обойдет», «теперь по дороге, отцами исхоженной, иду, по дороге, дядями исхоженной, иду». Этап характеризируется также тем, что в этом возрасте мужчина становится добытчиком, «тундровым зверям ноги отрезает, лесным зверям ноги отрезает». Этому же времени соответствует период сватовства и получение нового статуса - женатого мужчины. «Имултыйн апсиел наянг пелык кертты питас». 'В одно время братишка сторону, (где живут) женщины обходить стал'. Затем герой находит жену и «именг хоя ийс» - женатым мужчиной стал. Поиски жены - это испытания для героя. В фольклоре используется устойчивое выражение, характеризующее этот процесс: «Встал на сватовскую тропу, на военную тропу». В связи с этим возрастом, актуальными становятся одежда и снаряжение. Человек должен соответствовать статусу взрослого мужчины. Например, в одном из сказаний, отец сердится на сыновей: «Без отца, без матери! Богатырями стали, мужчинами стали, кольчуги и сабли у меня ищете». Мужчина, у которого нет кольчуги, «подобен голой озерной чайке, голой речной чайке». В это время герои проходят несколько перевоплощений, то становятся медведями, то проваливаются в «нижний» мир, где встречаются с существами иного мира. Это период войн и сражений.
6-й. В песнях, исполняемых на Медвежьих игрищах, мы видим еще одну категорию людей, это «с проседью в голове мужчина», «До седины дошедший, до блеска волос дошедший мужчина». Этот этап характеризуется тем, что мужчины знают слова священных песен, разыгрывают на медвежьем празднике сценки, приводят на праздник духов, произносят слова молитвы. «Слова знающие, многие славные мужчины». Это мужчины - творцы, потому как на медвежьих игрищах воспроизводится акт творения хантыйского мира. «У нас сам человек превращен в инструмент мысли, инструмент хранения информации. И он ее не просто хранит, он ее возрождает тем самым духовным процессом, о котором идет речь» (Тарагупта Л. 1996, С.56).
7. И последний, не для всех досягаемый этап, но, по - видимому, самый главный, когда Человек становится Духом. В фольклоре, характеризующем этот период, описываются ситуации, когда герои борются с различными лесными духами - менками, другими существами, вредящими людям. Атрибутами героев в это время являются особые мечи (могут быть маленькими), особое одеяние. Фактически действия героев направлены на то, чтобы очистить пространство для жизни человека. Не случайно, в богатырских сказках часто встречается выражение «Когда возникнет время хантыйской женщины, время хантыйского мужчины» (с чистым кукольным лицом, размером с куклу и т.д.). Уходя с медвежьих игрищ, Великие духи оставляют «идущим дочерям ровный путь, идущим сыновьям ровный путь, девочек долгой жизни вековечный танец, мальчиков долгой жизни вековечный танец», «от ударов войны заслоняющий танец, от ударов болезни заслоняющий танец».
Таким образом, исследуя фольклорные тексты, мы приходим к выводу, что существует 7 этапов становления человека. Каждому из них соответствует свое жизненное пространство или мир, в котором человек действует, существуют инструменты, при помощи которого человек осваивает эти миры. И конечной целью жизни человека является сам ЧЕЛОВЕК - ХАНТЫ, который становится ДУХОМ, ЛИЧНОСТЬЮ, прокладывающей путь для следующих поколений.

Литература:
Арем-моньщем ел ки манл. Если моя песня-сказка дальше пойдет. Х-Мансийск.:Полиграфист. Сост. перевод Л.Р.Хомляк. 2002. - 205 с.
Арем-моньщем ел ки манл. Если моя песня-сказка дальше пойдет. Х-Мансийск.:Полиграфист. Составление, перевод Р.К. Слепенковой . 2003. - 220 с.
Земля кошачьего локотка. Кань Кунш Оланг. Составление, перевод Т.А. Молданов. Вып.2, Томск: Изд-во Том. ун-та, 2001. 242 с.
Земля кошачьего локотка. Кань Кунш Оланг. Составление, перевод Т.А. Молданов, Вып.3, Томск : Изд-во Том. ун-та, 2003. - 230 с.
Земля кошачьего локотка. Кань Кунш Оланг. Составление, перевод Т.А. Молданов, Вып.4, Томск: Изд-во Том. ун-та, 2004. - 202 с.
Кань кунш олан. Сост., перевод Т.А Молданов. Ханты-Хансийск. Изд-во Полиграфист. 1997. - 148 с.
Касум мув моньщат-путрат. Сказки-рассказы земли Казымской. Перевод, составление, предисловие, примечания С.С.Успенской. Томск: Изд-вл Томс.гос. ун-та, 2002. - 292 с.
Мифы, предания, сказки хантов и манси. Перевод с хантыйского, мансийского, немецкого языков. Сост., предисл. и примеч.Н.В. Лукиной, под общей редакцией Е.С. Новик. М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1990. -568 с.
Молданов Т.А. Картина мира в песнопеньях медвежьих игрищ северных хантов. -Томск: Изд-во Том.ун-та, 1999. - 141 с.
Молданов Т.А., Молданова Т.А. Боги земли Казымской. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2000. - 114 с.
Попова С.А. Обряды перехода в традиционной культуре манси. - Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003
Тарагупта Л. Он есть Дух! // ж. Северные просторы 2004/2005, С. 66-71.

О.А. Кравченко